Блог Медведева

25.05.2013

ЧУДО В ЧОНДЖУ, или КАК Я СДЕЛАЛ КОРЕЙСКУЮ ЛАМПУ СВОИМИ РУКАМИ

Я понимаю, конечно, что сейчас Канны и все ждут новостей про Леонардо Дикаприо, Коэнов и Джармуша, но я остался должен – и долг возвращаю. Во второй половине апреля я был на международном кинофестивале в Чонджу – об этом и расскажу. А о Каннах – в следующий раз.

Чонджу (Jeonju) – не очень большой городок (меньше миллиона жителей) и не самый главный фестиваль в Корее (главный, конечно, Пусан), но его знают все, кому кино небезразлично. Причина проста – Jeonju Digital Project. Каждый год фестиваль заказывает трем режиссерам по среднеметражному фильму. 50 тысяч долларов, свобода полная. Выбор режиссеров строго продуман – это всегда признанные классики для узкого, но авторитетного круга. Харун Фароки, Педро Кошта, Наоми Кавасе, Казуеси Кумакири, Дарежан Омирбаев, Джеймс Бенинг, Синья Цукамото, Лав Диас… В общем, как раз те, кто от полтинника не откажется и при этом выложится по полной (надеются организаторы, но не всегда так бывает). В этом году среди избранных оказались японец Масахиро Кобаяси (его близкую к гениальности «Токийскую трагедию» я, пожалуй, приглашу в конкурс «2-in-1»;, китаец Чжан Лю и индонезиец Эдвин.

Европейская премьера, по традиции, состоится в Локарно. В этом году результат, если честно, ужасен. Особенно саморазоблачительна среднеметражка Эдвина: когда, казалось бы, все индонезийские красоты уже отработаны и скудный сюжет исчерпал себя не один раз, начинаются подводные съемки. Вот, посмотрите, как мы здорово поплавали под водой. Но это, по большому счету, уже никого не волнует. Фестиваль помог хорошим режиссерам, что еще нужно? Замечу, что единственный состоятельный опыт из «Цифрового проекта Чонджу», на моей памяти, принадлежал моему любимому Харуну Фароки: это была блестящая короткометражка «Передышка» – о голландском перевалочном концлагере, где плененные евреи имели возможность насладиться пятизвездочной тюрьмой перед отправкой в Освенцим.

Теперь просто перечислю фильмы, которые мне понравились в Чонджу:

Karaoke Girl

Inercia
Mothers. Интересно, что два из них (последние в списке) – международные премьеры. Вообще, Чонджу смело решил показывать в конкурсе только премьеры (мировые, международные, в крайнем случае – азиатские). Как плохо это бывает, мы все не раз имели возможность убедиться на примере Московского международного. У корейцев, как ни странно, выходит получше. Во всяком случае, мексиканская «Инерция» (международная премьера) нисколько не удивила бы меня, случись она, например, в каннском «Особом взгляде». Это очень неплохая история про то, как взрослая женщина никак не может избавиться от девичьей любви к равнодушному придурку и, случайно встретив его в больнице, принимается ухаживать за ним, как подорванная. Исполнитель роли придурка – Flavio Medina – настолько убедителен, что иногда страшно. Удивительно, но даже на захолустное Чонджу хватает приличных международных премьер. Если уметь искать, конечно.

В плане организации тоже есть, чему поучиться. В городе есть официальная улица Кино, на которой и расположены основные центры фестивальной жизни. Сеансы начинаются точно по расписанию, и, даже опоздав на полминуты, невозможно попасть в зал, будь ты хоть трижды международный гость. Давно хочу ввести аналогичный порядок на фестивале 2-in-1,но все не решаюсь, а зря. Корейцы решились и методично обучают своих зрителей: за пять минут до сеанса на улицу Кино выходят отряды волонтеров и вопят о том, что «если вы хотите попасть на сеанс 14.00, то сейчас самое время!!!»

Волонтеры – это отдельная история. Их в Чонджу сотни, если не тысячи. Причина проста: в Корее строчка о волонтерстве в резюме (особенно, если будет указано, что отвечал за «иностранного гостя») – это неплохой бонус при приеме на работу в крупную компанию. С иностранными гостями волонтеры кое-как справляются, а вот с дорожным движением – нет. Дело в том, что им выдают такие красные мигающие палки, с помощью которых они пытаются отпугнуть автомобилистов от синема-дистрикт.

Автомобилисты вежливо понимают, что перед ними – городские сумасшедшие, замедляют скорость и кивают, стараясь не обращать внимания на хаотичные и абсолютно бессмысленные сигналы самовольных постовых.

А теперь забудем о Чонджу и кино и перенесемся в Тэджон, куда мы с Natalia.Pylaeva поехали после фестиваля. Это, представьте себе, наукоград, типа Сколково. Там, на зеленых аллеях, расположены институты ядерной физики, женьшеня, космической медицины, раковой диагностики и проч. Судя по всему, градостроители рассчитывали на то, чтобы ученые радовали друг друга и делились идеями за вечерней чашкой соджу. Ну, например, женьшень расщепили в реакторе или включили в рацион космонавтов.

Есть в городе Экспо-парк образца 1993 года. Сначала показалось, что лет ему 30-40. Хотя отношение к его созданию имел Ренцо Пьяно (какое именно, установить не удалось; сопроводительные надписи составлены на условном английском). Ничто не стареет так быстро, как архитектура, устремленная в будущее. Ох уж эти шарики, кубики и бублики, позаимствованные из книжки «Занимательная геометрия», ох уж эти запыленные зеркальные поверхности.

А самое трогательное – Мари Складовская-Кюри, Эдисон и выскакивающий из ванны Архимед, которых по весне моют корейские рабочие.

Очень хорошо видно, что корейские скульпторы изо всех сил старались придать изобретателям европейские черты, даже сделали им широко раскрытые глаза. Но это не помогло. Эдисон, Белл, Архимед – корейцы. Это доказано.

Лететь из Сеула до Москвы часов 9. Первые сорок минут я мучил себя фильмом «Прометей» Ридли Скотта. Потом, наконец, заснул. Мне приснилось, что все еще работаю кинокритиком и должен написать рецензию на эту дрянь. Я так испугался, что когда прилетел в Москву, первым делом решил доказать сам себе, что умею не только смотреть фильмы и высказывать о них свое мнение. И вот, пожалуйста, сделал лампу из специально закупленной корейской бумаги.

Обращайтесь, если что.


Возврат к списку